Николай Семченко - Олень У

Шаман испугался, что такая ладная да красивая шкура от него убежит. И, не торгуясь, отдал деньги Чумбокте.

Привёл он оленя У домой и давай нож точить, чтобы отрезать кусок шкуры. Но оленю, ясное дело, совершенно не хотелось лишаться своего наряда. Он наставил на шамана рога и тот испугался.

– А про рога мы не договаривались, – сказал шаман. – Я только шкуру хотел!

Тогда олень У топнул всеми четырьмя копытами. И шаман понял: ох, крепкие у него копыта, ударит – мало не покажется.

– И копыта мне не нужны! – сказал шаман.

– А шкура без рогов и копыт не бывает, – заметил олень. – У, какой ты, шаман, противный! Всё тебе не так и не эдак. Я не виноват, что не понравился тебе. Уууууууу…

И двинулся на шамана, топая копытами и выставив ветвистые рога. Тот от испуга хлопнулся в обморок. Не дожидаясь, пока он очнётся, олень У был таков.

Он бежал быстро-быстро и вскоре прибежал к Чумбокте. А тот сидит возле своей фанзы. Такой печальный!

– Что случилось? – удивился олень У. – Радоваться надо! Мы продали шкуру, не продав её. Такого, считай, почти и не бывает. У!

Чумбокта молчит, ничего не говорит. И печальный такой!

– У нас денег много, – напомнил олень У. – Пойдём чего-нибудь купим. И будем радоваться!

Тут Сорока прилетела, села на ветку повыше и засмеялась:

– Что легко пришло, то легко и ушло, ха-ха!

– Эх! – проронил наконец Чумбокта. – Я думал, что дырка в кармане бывает только в старых штанах. А она, оказывается, и в новых может быть.

И олень У узнал: денежки-то из кармана Чумбокты высыпались, пока он домой шёл. Даже копейки не осталось! Сорока всякие блестящие вещички любит собирать. Вот и собрала все монетки, запрятала в дупла деревьев, а в какие именно – забыла. Память-то птичья!

– У! – воскликнул олень У, топнул копытцем и в лес убежал.

А Чумбокта ещё долго горевал. Потом наловил рыбы, продал её. И было у него много денег. Карман-то он зашить всё-таки догадался!